Суббота. Долгожданные выходные – можно наконец-то вплотную заняться любимым делом. Запланировал написать за два дня 3 статьи заказчице, у которой как-то одновременно исчезли все ее постоянные авторы – нужно выручать человека. Начал писать и чувствую: не получается и все тут. Нет свежих мыслей; слова нехотя, как из-под палки, занимают свои места в унылых предложениях. Нет, так не пойдет. Решил не насиловать себя – залез в ванну – расслабиться и спокойно разобраться: в чем дело? Ничего путного в голову все равно не пришло – крепко заснула Муза, не растолкать. Вылез из теплой воды, и тут пришло неожиданное решение – нужно просто выйти на улицу, бесцельно побродить по городу, посмотреть на людей, на хмурое предзимнее небо.

Все в природе настороженно ожидает прихода зимы

Зима на подходе

Оделся потеплее, спустился с 5-го этажа и оказался в другом измерении – мысли, словно радуясь, что вырвались из тесной квартиры, бестолково толкаясь, наскакивая одна на другую, лились нескончаемым потоком. Сразу пытался что-нибудь запомнить, но быстро бросил бесполезное занятие – их столько много, что запомнить все, явно не под силу. Пожалел, что не взял блокнот, но быстро понял, что и он не помощник – пришлось бы стоять столбом и лихорадочно стенографировать, далеко бы не ушел. Да, диктофон пришелся бы как раз кстати, но диктофона пока не приобрел, а надо бы. Расслабился и великодушно отпустил мысли на волю, пусть себе льются свободно. Сам же, словно со стороны, словно и не мои это мысли вовсе, смаковал одну за другой, перескакивая через годы, города и темы.

 

Поймал себя на ощущении, что, наверное, еще никогда в жизни не шел по утреннему городу без цели. Не на работу, не в магазин, не в поликлинику, не на какую-то встречу – просто шел и ловил обрывки образов, смутные, не оформившиеся идеи, картинки из далекого детства. Ассоциации, по неведомым мне тропинкам, приводили в самые неожиданные места. В памяти возникали давно забытые события, лица и снова мысли, мысли, мысли… Сначала все больше о работе, о семье, о проблемах; но неожиданно шестеренки в голове сцеплялись каким-то необычным образом, и ты оказывался вдруг на заливном лугу, где в детстве искал гнезда чибисов, а в следующее мгновение – у стенки гаража, где стареньким мячом часами отрабатывал удары то с левой, то с правой.

Когда Муза спит, найти слово не легче, чем сдвинуть с места грузовик

Слова, куда вы подевались?

Поделюсь несколькими любопытными зарисовками из сегодняшнего путешествия. Вот молодая девушка пытается сдвинуть с места большую собаку, заинтересовавшуюся воронами, деловито выискивающими что-то в полузамерзшей земле. Девушка изо всех сил тянет поводок, наклонившись почти под 45 градусов, собака остается неподвижна. Но вот вороны перестали интересовать собаку, и пара степенно продолжила свой путь. А у меня перед глазами крупным планом лицо атлета, впряженного в постромки, пытающегося сдвинуть с места то ли грузовик, то ли паровоз. Лицо исчезает, на смену ему приходит мысль, что ночью, пытаясь разбудить Музу и выдавить из себя хоть пару строчек, я был поразительно похож на этого супермена.

Вот остановился у лужи, подернутой первым ледком. В луже несколько грязно-желтых кленовых листьев; ассоциации побежали по какой-то запутанной цепочке: Канада, хоккей, Высоцкий с его песней о матче с профессионалами. А я уже на берегу реки, у ночного костра. Вокруг костра 30 моих шестиклашек; далекий 82-й – я две недели как пришел с армии и сегодня воспитатель в пионерском лагере. В руках гитара, я пою своим юным пионерам любимого Высоцкого, тишина, только потрескивают дрова, плещется река и мой голос: «Час зачатия я помню не точно, значит, память моя однобока…».

 

Вот вынырнул из воспоминаний, глаза снова видят черные деревья, сухие метелки каких-то причудливых растений – природа уже приготовилась вступить в зиму. Пока я был в пионерском лагере, ноги сами привели к самой кромке воды Любенского озера. Вода черная, студеная даже на взгляд. Ощетинившись спиннингами, метрах в 20-и в лодке сидят, нахохлившись два рыбака – вот ведь неугомонные. Но мне видеть их приятно. Подошел к самому озеру, вода касается зимних сапог. Эх, как хочется хоть разок побывать не берегу океана. Чем не цель? Если даже не удастся собрать денег на полноценный отпуск дней эдак в десять, просто высчитать самый короткий маршрут к Тихому океану, прилететь, сходить на берег, окунуть ноги в океан и вернуться. Конечно, на эти деньги можно купить, к примеру, шикарную кожаную мебель, но мне первый вариант намного ближе. Что-то из области «Увидеть Париж и умереть».

 

Пора возвращаться домой. Иду медленно, растягивая удовольствие. Вот на тротуаре аршинными буквами надпись: «С днем рождения, любимая!!!» и сердце синей краской. Остановился, закурил, постоял пару минут, пытаясь представить мальчишку, написавшего эту строчку. Ветерок с озера пытается залезть под пуховик, а на сердце стало как-то по особенному тепло. Аккуратно, стараясь не наступить на буквы, обошел синий посыл чьей-то души и двинулся дальше.

 

Зазвонил телефон – жена. Обеспокоена долгим отсутствием. «Где ты? На озере? Ну, раз ты уже там, посмотри, рядом должен был открыться какой-то новый мясной магазин». Пообещал посмотреть, волшебство ненадолго пропало, мысли вернулись в реальность, глаза перестали замечать замерзшие гроздья рябинки, белые стволы березок-подростков, — послушно ищут вывеску нового магазина. Нет нигде этой чертовой вывески, скорей назад в свой внутренний мир.

 

Прохожу мимо мусорных контейнеров. Два бомжа (а может, и не бомжа вовсе) сосредоточенно, даже как-то увлеченно, перебирают мусор. На зеленом боку контейнера висит женское пальто с блестящими пуговицами. Подошел, на пуговице изображение орла под российский герб с надписью на английском «double eagle». Похоже, переводится «двуглавый орел». Открутил пуговицу, положил в карман, пусть будет моим амулетом. Соседи по мусорке подозрительно косятся, но увидев, что не претендую ни на бутылки, ни на тряпки, потеряли ко мне интерес.

Эта надпись, как лозунг нашей жизни

Просьба не беспокоить!

Иду и приглядываюсь к людям. С интересом гляжу в лица и глаза. Наткнувшись на мой заинтересованный взгляд, в ответ всегда вспыхивает настороженность. Глаза в ответ кричат: «Ну что уставился? Что надо?». В начале прогулки увидел над лобовым стеклом припаркованной машины красный ярлычок «Do not disturb»; уже возвращаясь, в проезжавшей мимо машине вновь обратил внимание на знакомую надпись. «Do not disturb» – «Просьба не беспокоить». Похоже, скоро этот призыв перекочует с лобового стекла на шапки и пальто прохожих.

 

Еще не успев подняться в квартиру, уже жду следующей субботы, чтобы повторить сегодняшнее путешествие. Не знаю, как будут писаться статьи для моей заказчицы, но эта откровенная запись вылетела сама, уже готовая. Блокнот в следующий раз все-таки возьму, а телефон оставлю дома.

 

 

Наедине с собой

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *